REV ERS / долгая выдержка

Февраль, 2018

ДОЛГАЯ ВЫДЕРЖКА

АМБРОТИПЫ К СПЕКТАКЛЮ «РЕВ/ЕРС»

 

Идея этого проекта появилась у меня под впечатлением от репетиций спектакля РЕВ/ЕРС. Его авторы поставил перед собой задачу создать полуторачасовое экспериментальное действие, стирающее границы между драматическим и физическим театром, хореографией и акробатикой. На сцене — 15 безмолвных актеров в состоянии крайнего эмоционального и физического напряжения. Эмоционального — потому что каждый из них, как и все мы, раздираем внутренними страхами, противоречиями, фобиями. Физическое напряжение обусловлено тем, что для выражения своих состояний они пользуются не словом, а телом.

 

С телами у участников все в порядке: головокружительные кульбиты то и дело чередуются с пролетами над головами зрителей. В спектакле заняты профессиональные циркачи, а за хореографию отвечала Дебра Линн Браун, стоявшая у истоков Cirque du Soleil и ставившая шоу для Мадонны, Селин Дион, Бьорк и Шакиры. Однако в этой постановке она хотела, чтобы каждый трюк стал результатом не просто великолепной физической подготовки участников, а был оправдан их полноценной, всесторонней работой над тем или иным образом. Этого же требовали режиссёры спектакля Андрей Кольцов и Ирина Дрожжина. Акробатам пришлось превратиться в артистов и досконально разобраться в характерах и проблемах представляемых персонажей. Полагаю, что заодно и в самих себе.

 

Как известно, работа над ролью не ограничивается одними театральными репетициями. Артист погружается в образ и живёт в нем — порой даже во сне. У кого-то меняются выражение лица, дикция, походка. А можно ли запечатлеть этапы такой работы? Какая технология подходит лучше всего для того, чтобы показать трансформацию личности?

 

Я остановился на амбротипии, раннем фотографическом процессе, смысл которого заключается в получении и закреплении изображения на стеклянной пластине с помощью химикатов, приготавливаемых вручную. Его открытие произвело настоящую революцию во второй половине XIX века. Считается, что фотография стала массовой во многом благодаря амбротипии, но сейчас во всем мире ей увлекаются не более сотни энтузиастов. Я — среди них.

 

Долгая выдержка — одна из особенностей этого процесса. Модель должна оставаться неподвижной 10, 15, 20 секунд. Фиксируется не мгновение, а отрезок жизни: с промелькнувшей мыслью, эмоцией, изменившимся выражением глаз, микро- движениями кожи... Даже если все это не видно, оно там есть. Представьте себе видео на сверхмедленной скорости, к которому добавляется еще что-то вроде 3D эффекта из-за толщины стекла, придающего изображению объём. Увы, он, как и удивительные цветовые переходы, теряются при скане с амбротипа, что делает каждый отпечаток единичным и уникальным. 

 

Лев Толстой однажды заметил: человек — существо текучее. Меняется мир, меняемся и мы — безотчетно, каждую секунду. Мне кажется, что долгая выдержка, необходимые при изготовлении портретов-амбротипов, как раз и помогают передать ряд невидимых, но «волшебных изменений милого лица». Волшебных, потому что волшебство — ещё одна особенность амбротипии. Процент «божественных ошибок» здесь выше, чем в современной фотографии, хотя и фотограф, и модель работают на пределе своих физических возможностей. Но все эти загадочные пересветы, таинственные затемнения, неравномерные коллоидные подтёки порой и придают конечному изображению совершенно особый смысл, который может оказаться гораздо выше первоначального замысла. А широчайший черно-белый диапазон амбротипа как нельзя лучше отражает все оттенки внутренней драмы.

 

Хореограф и режиссер лишили артистов права голоса, оставив им движение. Я же отнял у них и последнее — в моей студии, где происходили фотосессии. Оставаясь неподвижными перед камерой, они еще больше сосредотачивались на образах своих персонажей и учились «держать» очень сложные состояния.

 

Каждая фотосессия продолжалась несколько часов. Я использовал передвижную дорожную камеру ФКД формата 13×18 и объектив Emil Busch Anastigmat 5.5/255 mm, которому уже более 100 лет. Мне остается поблагодарить участников фотосессий за их выдержку во время всех долгих  выдержек и выразить надежду, что наша совместная работа  хоть немного помогла им вжиться в роли.  

 

Александр Богуславский

Москва, 2018